Ларьяк мне снится до сих пор

Она – настоящая мужняя жена, понимающая, любящая, мудрая, добрый советчик, всегда была готова идти за ним в огонь и воду – исколесила вместе с ним почти весь Тюменский регион. Свой рассказ о жизни Антонина Евсеевна Михальченко всегда начинает с того момента, как они с Николаем Ивановичем познакомились. В разговоре то и дело сбивается, повествуя о нем, не о себе. А на досуге до сих пор перечитывает главы огромных книг об освоении Севера и людях, где упоминается о ее муже. Но Антонина Евсеевна имеет полное право быть на первом плане. Она – неординарная личность и самоотверженная женщина. История ее жизни вплетается в историю нашего округа, тесно соприкасаясь с судьбами многих известных земляков.

Ямал. Начало

- Мы поженились в 1946-м. Я тогда работала в Свердловске воспитателем детского сада и приехала в отпуск в родную Юргу. Мы с подружкой шли мимо райисполкома, где на крылечке и сидел Николай Иванович. Так встретились впервые. Потом он в кино пригласил, прогулялись вместе. Отпуск был коротким, надо было уже уезжать, а он говорит: «Давай поженимся!». Так семья и получилась. Он сначала работал редактором юргинской газеты. Потом его отправили в Тюмень в совпартшколу учиться. После учебы дали направление на Ямал. Я – с ним. К тому моменту у нас родилась старшая дочь.

…Она помнит все до мелочей. Как ехали до Тобольска в телеге, а на Ямал добирались на колесном пароходе «Гусихин». Говорит, «так за пять дней до Салехарда и дошлепали». Добрались до Заполярного круга, в поселке Яр-Сале Николай Иванович сначала работал редактором газеты «Правда тундры». Потом их в Надым направили. Жили они в районе Обской губы. Вокруг – тундра, бездорожье, холод, ветер, темнота, снега. И ненцы в чумах.

- Ненцы красивый народ, – вспоминает Антонина Евсеевна, – добродушный, улыбчивый. Был у нас «красный чум», выезжали на летнее становище, вели просветительскую работу, рассказывали обо всем, что сами видели и знали, оказывали медицинскую помощь. Я работала в детском саду. Была в составе женсовета. Мы ходили по чумам, учили ненецких женщин простейшим правилам гигиены. Однажды даже баню для них организовали с парилкой, вот им было удивление! Всего на Ямале мы 10 лет прожили. Но Николаю Ивановичу нездоровиться стало, боевые раны сказывались, холода. И врач Павел Тимофеевич Московкин посоветовал сменить ямальский климат на более мягкий. В 1957 году мы уехали в Ханты-Мансийский автономный округ. Так оказались в Ларьяке, он тогда был райцентром. Николай Иванович сначала возглавлял районное управление рыболовецких колхозов, которые входили в моторно-рыболовную станцию. А меня председатель РОНО Павел Карпович Ситников направил заведующей в Ларьякский детский сад.

Жизнь в Ларьяке

- Ларьяк мне никогда не забыть. Он, порой, мне до сих пор снится. Столько там было пережито. Прилетели туда на самолете в январе, он прям в снега и ухнул посреди островка на озере. Северное поселение было сплошь из деревянных домов, возле домов – перевернутые лодки и рыбацкие сети. Многие тропинки вели к берегам реки Вах. Первый год жили в доме у супругов Григорьевых. Только потом опустевшую избу рыболовецкой конторы нам отдали. К тому моменту нас было шестеро: мы, трое детей и свекровь. Нам сложили в избе печку, мы своими силами сделали ремонт. Так в Ларьяке и прожили почти девять лет.

Я когда в ограду детсада впервые вошла, обомлела: дров-то нет. А детей много – по 27-32 ребенка в одной группе, всего четыре группы. В семьях тогда много детей было. Я сразу к начальству: чем топить? А мне: вас назначили, вот вы и решайте вопрос, не мешайте людям работать. Помню, сижу на кухне, плачу, а мне наш повар тетя Поля Вялкова говорит: иди в лесхоз, там помогут. Там и вправду навстречу пошли. Привезли воз дров. Я снова в слезы. Надо мной смеются. Это потом научилась без слез проблемы решать и трудностей не пугаться.

По словам Антонины Евсеевны, обеспечение детского сада в ту пору оставляло желать лучшего. Вместо кроваток – раскладушки, обшитые брезентом. Игрушек и вовсе не было, воспитатели сами кукол из ткани шили. А мальчишки про машинки и знать не знали. Лишь когда она на курсах повышения квалификации в Ханты-Мансийске пожаловалась на отсутствие игрушек, их впервые прислали в Ларьяк. Зато люди, с которыми приходилось работать в ту пору, были надежные, самые лучшие.

- Коллектив у нас был хороший, – рассказывает А.Е. Михальченко, – в штате полный комплект: воспитатели, няни, повар, прачка, конюх, сторож. Конюх Николай Тюльканов воду с реки привозил. Катя Мазина была прачкой, белье стирала. Повар тетя Поля вкусно и разнообразно готовила. Все было чин чином, меню составляли: первое, второе, третье, постряпушки. Родители много помогали, мы сами целую группу пристроили. Помню, как кирпичи на руках с берега носили – все на себе. Еще была у нас в детском саду большая круглая голландская печь. Я всегда боялась, чтобы не случился пожар. Поэтому постоянно задерживалась вечерами в ожидании сторожа. Непросто все было. Столько сил и заботы отдано. А люди были отличные, всегда – с добром!

Нижневартовский период

- Мы много переезжали с места на место. Я всегда легко, без страха и упрека в дорогу детей собирала. Понимала: так надо. В начале 60-х в Нижневартовске началась нефтеразведка. И все изменилось, когда в нашем районе нефть нашли. Когда в Нижневартовске строительство началось, то всем, кто захотел переехать из Ларьяка, объяснили, что можно разобрать свои домишки и вплавь перевезти их туда. Пять семей так и поступили. К тому моменту Николай Иванович возглавлял Ларьякский райисполком. А район переименовали в Нижневартовский, – вспоминает Антонина Евсеевна.

Именно председателю райисполкома Михальченко, точнее, комиссии под его руководством, приписывают выбор места под строительство будущего Нижневартовска – новой его части. Мнений на этот счет тогда было несколько. Источники рассказывают, что начальник геологического управления Ю. Эрвье настаивал на месторасположении, где находится Мегион. Секретарь обкома партии А. Протазанов указывал на место, где сейчас Излучинск. Нефтяники считали, что строить город надо там, где село Покур. Председатель окружного исполкома А. Григорьев вел речь о закладке в районе Сороминского месторождения. Но комиссия под председательством Михальченко для выбора места определила ту самую площадку, где сейчас и возвышается нынешний Нижневартовск.

Пока муж важными делами занимался, Антонина Евсеевна снова возглавила детский сад. Второй нижневартовский детсад находился на ул. Лопарева.

- Я так любила туда заходить, там было так уютно! – вспоминает она. – В группах были ковры. У детей – много игрушек, у нас было даже пианино и музыкальный работник! А детей в группах было также много, не меньше 27-32.

Отрезок жизни в Ханты-Мансийске

- В 1968 году Николая Ивановича направили в Ханты-Мансийск, там мы почти до пенсии и проработали. Я – сначала секретарем в городском суде, потом в отделе кадров комбината бытового обслуживания населения (КБО). Занималась общественной работой, была председателем месткома.

Жили мы по соседству с главным редактором газеты «Новости Югры» Новомиром Патрикеевым. Домишки были худые. А в получении квартиры нам отказывали. Тогда Николай Михайлович написал письмо Л.И. Брежневу, мол, как так – участник войны, партработник, а жилья не дают. И пришел ответ, где было написано: предоставить квартиру. Помню, тогда к нам пришел секретарь Ханты-Мансийского горкома Леонид Георгиевич Тайлашев. Предложил на выбор: Сургут или Нижневартовск? Мы, конечно, выбрали Нижневартовск. Он был для нас родным гнездом. Здесь много проработали, здесь хотелось и остаться. А в 2004 году Николая Ивановича не стало.

Награда на двоих

Антонина Евсеевна в будущем году отметит 90-летний юбилей. Она так и не решилась расстаться с Нижневартовском, несмотря на то, что все дети и внуки давно живут в Санкт-Петербурге. Их всех она считает наградой на двоих: трое детей, пятеро внуков и четыре правнука.

- Николай Иванович был надежным, детей любил, меня уважал, семью всегда обеспечивал – был хорошим рыбаком и охотником. С охоты уток мешками приносил. В Ларьяке я научилась пироги с утятиной печь по праздникам, гостям нравилось. Дети всегда просили ягодных ватрушек с брусникой. Старалась, чтобы дома было уютно. На работе муж «горел». Даже дома о делах думал. Конечно, всякое бывало, женщине терпение нужно, чтобы семью сохранить. Все же маются: тот скажет, другой ответит. Все годы вместе притирка друг к другу идет. Но уступать нужно уметь. Это важно – сглаживать острые углы, идти на компромисс. По себе знаю: можно вместе долгую и счастливую жизнь прожить.

Татьяна Шлыкова

17:32 08.12.2016
896

Оставить сообщение:

Поделитесь новостями с жителями города
Если Вы стали свидетелем аварии, пожара, необычного погодного явления, провала дороги или прорыва теплотрассы, сообщите об этом в ленте народных новостей. Загружайте фотографии через специальную форму.
Рекламный баннер 970x90px 970na90