«Я лучше тут, на болотной кочке…»

О себе Анкина рассказывает немного. Она из рода свердловских манси, жили они на Южном Урале, и когда ей было два-три месяца отроду, родители переехали на территорию Югры – в Кондинский район.

- В Конде теплее, чем здесь, в Нижневартовском районе, – говорит Варвара Алексеевна, – до Свердловской области там 60 км, наши часто пешком ходили в соседнюю область. Говорили: в «русское место» пойдем…

Пешком – это было привычное путешествие для той поры. Она и потом за свою жизнь еще столько пешком будет ходить – опоясать экватор хватит.

Жили они с матерью в Шаиме. Мама работала в колхозе, отец был киномехаником в Нахрачи (ныне Конда).

- Родители разошлись и сначала нас с сестрой поделили. Я жила с отцом, младшая сестра Галя – с мамой, а потом и я к ним убежала от отца. Он, понятное дело, рассердился, перестал меня пускать в кино, даже на детские сеансы. Приходилось идти на хитрости, прятаться под лавкой, – вспоминает, смеясь.

Варвара Алексеевна – труженик тыла. В годы Великой Отечественной войны подростком трудилась на ферме, помогала пасти коров и телят. А в 1946-м, когда закончила восьмилетку, ее отправили учиться в Ханты-Мансийск.

- Мама мне купила галоши на каблуках (туфли-то откуда было взять?). И посадили меня на катер. Я до этого вообще никуда не выезжала из Шаима. Так впервые «в люди» попала. В Ханты-Мансийске жила в Самарово у знакомых. И каждый день четыре километра ходила в педучилище, которое находилось на горе… Всегда помню о той предоставленной возможности – учиться на полном государственном обеспечении. Сестра моя потом также в медицинском училище училась. Вот кем бы мы стали, если бы не такая возможность? Даже не знаю. А ведь до сих пор в нашем округе есть такое преимущество для детей из числа коренных малочисленных народов Севера. Хорошо ведь…

В училище Анкина освоила хантыйский язык. И стала учительницей русского языка для ханты. В 1951 году ее распределили в Березовский район, в Казым. Там были культбаза и школа-интернат для детей народов Севера. И снова пешком приходилось топать народным учителям.

- Три года я ходила пешком вдоль реки Казым, на протяжении 275 км от Казымской культбазы до Юильских юрт, – рассказывает Варвара Алексеевна, – до озера Нумто (это священное место поклонения ханты и ненцев) чуть-чуть не доходила. Мы тогда с учителями вместе с председателем Обнинского колхоза ходили в оленьи стада, в лес, где в чумах жили дети со взрослыми. Учили грамоте и русскому языку.

Добирались они с коллегами пешком, несли с собой учебники, тетради, мел для занятий. Сколько ночевок провели в таких командировках – не счесть. Историй и приключений хватило бы на целую повесть.

- Всяко бывало. Но всюду нас встречали с добром. Все понимали необходимость того, что надо учиться. Взрослые уже знали язык, могли общаться на русском, а детей мы учили по хантыйским букварям – слово на языке ханты, слово на русском… Так 12 лет в школе-интернате и проработала.

В начале 60-х годов в жизнь Варвары Анкиной пришла любовь, познакомилась она с топографом из экспедиции Казаева Михаилом Антоновичем Платоновым. Замуж вышла, сына родила. В 1962 году экспедиция перебазировалась в Нижневартовск. Но Варвару Алексеевну директор школы-интерната сразу не отпустила. Сказала: «Ишь какая! Только из отпуска вышла и увольняться. Отработаешь еще год, потом перевод дам».

В Нижневартовск Анкина переехала в 1963 году.

- Тогда это был нынешний старый Вартовск. Поселок был ухоженным, – вспоминает она.

Из РОНО ее направили в село Большетархово.

- Там как раз 8-летняя школа организовалась, учителя уже все были со стажем, а я приехала молодая, меня директором поставили, было даже неловко…

В Большетархово и пролетела почти вся жизнь Варвары Алексеевны. Вспоминает, как гремела у них в селе художественная самодеятельность – такие пьесы ставили! Как шила на швейной машинке по ночам – рукодельничать она еще в педучилище в Ханты-Мансийске научилась.

Ловко сама снимала выкройки. Костюмы, блузки, платья – все могла. Шила для себя, близких, обшивала знакомых.

- А как было не шить? После войны такой красивый штапель продавали, так много, так из всего нашить обновок хотелось! Даже модные вельветовые мужские толстовки сама освоила. Нигде этому не училась, как-то по наитию, наверное, от родной тетки мне такой талант достался, она всех обшивала в селе. Позже, уже в Нижневартовске, я пошла на курсы кройки и шитья, удостоверилась, что все всегда делала правильно, – вспоминает Анкина.

В эти годы Варвара Алексеевна и втянулась в общественную работу. Как так вышло? Сама разводит руками:

- Вообще-то в училище я всегда тихоней была. Только в хор ходила. А потом прям какой-то поворот в жизни случился. Всегда с людьми. Вся жизнь – на виду. То депутат, то агитатор. И ведь отнекивалась часто. Но вот партийная была, это обязывало. Всегда личным примером требовали вести за собой.

Именно на партийное чувство ответственности и «надавил» в 70-х годах первый секретарь Нижневартовского горкома Сергей Великопольский, предложив ей стать председателем исполкома сельского Совета в Большетархово, заодно пообещав квартиру в городе. Анкина, заботясь о старшем сыне, который вот-вот должен был прийти из армии, долго не раздумывала. Так и появился свой угол в Нижневартовске. В город она переехала уже выйдя на пенсию. Но здесь без работы не осталась.

- Сначала была секретарем общественной организации коренных малочисленных народов Севера «Спасение Югры». Потом меня назначили на должность председателя общественной организации «Совет ветеранов». Меня тогда на эту должность Николай Иванович Михальченко предложил. Я даже при этом решении не присутствовала, что называется «без меня меня женили». Так и проработала 14 лет, из них девять – председателем. В рядах организации в первые годы было 1 400 участников, среди которых 180 участников войны, остальные – труженики тыла… Сейчас соотношение изменилось. Участников войны остались единицы. Поколение наше уходит. Мы уже на финише…

На вопрос о том, за что можно любить наш край, нижневартовская ровесница Югры ответила так:

- А как не любить землю, по которой немало хожено? Вся жизнь здесь прожита, лучше нашего края точно нет. Довелось побывать в Латвии, Эстонии, Карелии, Москве, Санкт-Петербурге и других городах и странах. Но домой всегда спешила, мне в чужих краях словно воздуха не хватало. Как-то мне предложили переехать в Тюмень. На что ответила: я лучше тут, на болотной кочке свой век доживу. Люблю здешнюю природу, лес. Мы с сыновьями раньше всегда рыбачить ездили. Осенью так я всегда при деле: в тайгу по ягоды, по грибы. Минувшей осенью за морошкой ходила... Родина, она в любую погоду и во все времена года хороша да сердцу мила.

Татьяна Шлыкова

17:34 08.12.2016
918

Оставить сообщение:

Поделитесь новостями с жителями города
Если Вы стали свидетелем аварии, пожара, необычного погодного явления, провала дороги или прорыва теплотрассы, сообщите об этом в ленте народных новостей. Загружайте фотографии через специальную форму.
Рекламный баннер 970x90px 970na90